Предыдущая Следующая

стр. 86, — в 1594 году нашел в губе, названной им губою Св. Лаврентия, которая точно соответствует нашей Строгоновской, — селение, состоявшее из трех изб, коего обитатели, как он полагал, с намерением от него скрылись". Там же, т. I, стр. 26 — 27. 8 августа (1594). "В трех милях от Черного островка напши они (голландцы) низменный мыс с крестом, названный по сей причине Крестовым; 4 мили далее другой низменный же мыс, названный Пятым или мысом Св. Лаврентия, за которым находился большой залив. Еш;е 4 мили далее открьши мыс ОсЬазЬоеск, к которому вплоть лежит низменный Черный камень и на нем крест. Тут съезжали они на берег и напши зарытые 6 кулей ржаной муки и кучу камней и заключили, что в сем месте долженствовали быть люди, от них убежавшие. На фалконетный выстрел оттуда стоял другой крест, а возле него три деревянных дома, построенные по образцу северных жителей, в которых лежало множество разобранных бочек, из чего они заключили, что тут должна производиться ловля семги. Тут же стояли на земле 5 или 6 гробов, возле могил, наполненных каменьями, и обломки русского судна, 44 фута по килю; находяш;ейся в сем месте безопасной при всех ветрах гавани дали они название Мучной (МееШауеп), по причине найденной муки". Нет невозможного, чтобы это разбитое судно не бьшо одним из двух строгановских судов, построенных антверпенскими мореходцами, и что люди, которых Баренц полагал скрывшимися от него, уже не первый год жили на Новой Земле после претерпенного ими крушения. Время, когда оно могло произойти, близко совпадает с тем временем, в которое Строгановы могли снарядить свои суда в Ледовитое море. Примем в соображение еш;е и то, что место, описываемое Баренцом, находится поблизости губы, получившей название Строгановой.

Карамзин, История, т. VHI, стр. 294 - 296; Арцыбашее, Повествование о России, т. IV, стр. 276 — 281. — В Арх. летописи (см. Карамзин, I, XXXI, прим. 561), 337, на обороте: "И как припши под Очаков и тут взяли корабль и Турчан и Татар побили, а иных поймали с вожи, и припши на Чулу остров на море, и тут на протоках взяли другой корабль... и припши на Крымские Улусы, на Ярлаш остров, и тут многие верблюжьи стада поймали... и припши на сидячих людей, на Кременчик да на Коршалы, да на Когольник, от Перекопа за 15 верст... и повоевали и отопши на Озибек остров". Там же, стр. 348, на об.: "Коли Данило с моря приходил на Улысы, тогда у них страх бьш великий". Там же, стр. 338, на об.: "пошли вверх Днепром... и дал Бог и перевозы и пороги прошли". — Сказания князя Курбского, изд. Н. Устрялова, СПб., 1842 г., стр. 64: "а подругое лето с Данилом Адашевым и с другими стратилаты со осмь тысяш;ей, такоже водою, послал; они же выплыша Днепром на море и над надежду Татарскую немалую торгу учиниша в орде: яко самих побиша, також жон и детей их не мало плениша, и христианских людей от работы свободили немало, и возратишася восвояси здрово". — Остается определить, где находятся места, приведенные выше, под названиями Чулу, Ярлаш, Кременчик, Коршалы, Когольник и Озибек. Соображая слова летописи с направлением, по которому мог плыть Адашев из Днепра к берегам Крыма, полагаем не ошибиться, приняв Чюлу-остров за остров, находяпіийся к югу от Кинбурнской косы и названный в Российском Атласе 1792 года, на карте Таврической губернии — "Чиле", а в Атласах Черного моря Будиш;ева (1807 г.) и Манганари (1836) — Долгий. Под протоками, где бьш взят второй корабль, должно разуметь пролив между этою косою и островом Чюле; Ярлаш остров, где татары пасли верблюдов, есть не что иное, как показанный на гравированной карте 1736 года (карта предприятых в


Предыдущая Следующая