В военную страду

В 1853 г. возникла война с Турцией, а в следующем году — с Англией и Францией. Началась так называемая Крымская война.

После войны 1812—1815 гг. преобладающей по своей военной силе державой в Европе стала Россия. Однако отсутствие в стране зрелой буржуазии и революционного рабочего класса, многомиллионное несознательное и закрепощенное крестьянство — все это обеспечивало сохранение феодально-крепостнического строя в России. Большая часть царствования Николая 1 (1825— 1855 гг.) ознаменовалась более или менее успешными войнами, принес шими некоторые территориальные приращения России. Царь, считая Турцию «больным человеком», обреченной на скорый распад, решил форсировать раздел «имущества» этой страны, чтобы получить во владение Константинополь и проливы. Как казалось Николаю I, с Англией он договорился об этом разделе, а Францию не принимал во внимание, полагая ее неспособной вести войну после поражения Наполеона и революции 1848 г. Между тем величайшая индустриальная держава того времени — Англия вовсе не собиралась путем раздела Турции усиливать николаевскую Россию, а пришедший в 1852 г. к власти Наполеон 111 стремился к войне, которая усилила бы его как нового императора Франции. Господствующие классы Англии и Франции добивались устранения России как соперника на Ближнем Востоке, стремясь захватить Севастополь, уничтожить русский флот на Черном море и отторгнуть от России Кавказ. Таким образом, причины Крымской войны были заложены в реакционной, захватнической политике обеих сторон.

Внешним поводом к войне послужил «вопрос о святых местах». Католическое и православное духовенство постоянно враждовали между собой из-за права распоряжаться «святыми местами» в Иерусалиме и других районах Палестины. Важное значение придавалось обладанию ключами от вифлеемского храма, а на этот раз ключи благодаря успеху дипломатии Людовика Наполеона (будущего императора Наполеона III) перешли к католикам.

Для того чтобы «призвать турок к порядку», 16 февраля 1853 г. в Константинополь прибыл чрезвычайный российский посол А. С. Меншиков. Самонадеянный и недальновидный политик, Меншиков вел себя в переговорах с турецкими министрами и самим султаном надменно и вызывающе. Он не понимал политической обстановки и, в частности, того, что за спиной Турции стоят Англия и

Франция. Меншиков предложил султану подписать без всяких изменений составленную в Петербурге конвенцию между Турцией и Россией. Не добившись от него выполнения своих требований, Меншиков 9 мая покинул Константинополь, и дипломатические отношения с Турцией были прерваны. 14 июня Николаем I был подписан'манифест о вводе русских войск в Дунайские княжества, «дабы доказать Порте, к чему может вести ее упорство» . Однако Турция, получив поддержку Англии и Франции, предъявила России ультиматум об очищении этих княжеств русскими войсками. В ночь с 15 на 16 октября турки напали на пост Св. Николая, находившийся на западном побережье Кавказа, вырезав его гарнизон, а 19 октября Николай 1 издал манифест о войне с Турцией.

Крупным успехом в начале войны был Синопский бой 18 ноября, в котором эскадра вице-адмирала П. С. Нахимова уничтожила турецкий флот, стоявший в Синопской бухте. Но 23 декабря в Черное море вошел англофранцузский флот, причем его командующие получили следующее телеграфное предписание: «Всякое турецкое судно должно быть защищено нами в Черном море во всяком случае и против всякого враждебного действия» ^.

Война с Турцией перерастала в войну с крупнейшими европейскими державами. Этого меньше всего желал Николай I, да и финансовое положение России не способствовало успешной войне против такой коалиции. Так, если дефицит в государственном бюджете 1849 г. составлял 28,6 млн руб., то в 1850 г. он увеличился до 38 млн руб. при бюджете в 200 млн руб. с небольшим. В 1842 г. при бюджете в 187 млн руб. расходы на армию составили 69 млн руб., т. е. 36 %, а в 1852 г. при бюджете в

' Покровский М. Н. Дипломатия и войны царской России в XIX столетии. М., 1924. С. 118, 119, 123.

^ Богданович Е. В. Синоп. СПб, 1878. С. 115.

В военную страдуВ военную страду

261 млн руб. расходы на армию были 73 млн. руб., т. е. только 27 % Естественно, что русская армия и флот по своему техническому оснащению и вооружению резко отставали от своих западноевропейских противников. Дипломатические отнощения с Анг лией и Францией 18 февраля 1854 г. были прерваны, а в середине марта эти государства объявили войну России. И хотя англо-французский флот начал войну с нападения на Балтийское и Беломорское побережья России (что дезориентировало царя в намерениях противника), но главной целью Англии и Франции в этой войне являлось уничтожение Черноморского флота и захват Севастополя.

Экспедиционная армия англо-французов и турок при поддержке больщого парусно-парового флота 1 сентября 1854 г. беспрепятственно высадилась в Евпатории. Неудачное Альминское сражение, проигранное главнокомандующим русскими войсками в Крыму — любимцем Николая I, бездарным полководцем

A. С. Меншиковым,— открыло путь неприятелю к Севастополю. Благодаря блестящей организации обороны города, которую возглавили талантливые адмиралы П. С. Нахимов и

B. А. Корнилов, союзники в продолжение 349 дней никак не могли взять Севастополь — русские солдаты и матросы «в облитых кровию стенах» покрыли себя неувядаемой славой. Однако крепостническая Россия проиграла Крымскую войну. Поражение России, как писал К. Маркс: «... вскрыло гнилость ее социальной и политической системы» ^.

В нашу задачу не входит описание Крымской войны. Рассмотрим лишь пароходные сообщения на Черном море, имевшие место в этот период, и использование коммерческих пароходов во время войны. Крымская война была, пожалуй, пер-

^Покровский М. и. Указ. соч. С. 127. ^ Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 17. С. 520, 521.

вой в истории войн, в которой более или менее широко начали использоваться пароходы. При полном отсутствии у России на Черном море винтовых судов и ограниченном количестве военных колесных пароходов было вполне естественно, что большинство коммерческих пароходов использовалось в войне.

На 1853 г. предусматривались пароходные сообщения на Черном и Азовском морях по всем установившимся линиям по опыту прошлых лет. Разрыв дипломатических отношений, а затем и война с Турцией мало отразились на пароходных сообщениях, ибо на море господствовал Черноморский флот России. Исключением являлись заграничные линии, в частности линия Одесса—Константинополь, которая, естественно, была закрыта. Уже 12 октября последовало указание начальника Главного морского штаба о вооружении и снабжении пароходо-фрегатов «Крым», «Одесса» и «Херсонес» с целью составить из них «пароходную эскадру» с нахождением ее на Одесском рейде. Однако фактически эти пароходофрегаты находились впоследствии в Севастополе в составе Черноморского флота. После довооружения пароходов (мы помним, что часть артиллерии они имели и во время коммерческих рейсов) «Крым» и «Одесса» стали иметь по два 254-мм и четыре 24-фунтовых (150-мм) орудия, а «Херсонес» — одно 254-мм, одно 56-фунтовое (190-мм) и четыре 24-фунтовых орудия.

Министерство финансов в своем объявлении от 23 октября сообщало, что в связи с военными действиями Турции против России «прекращаются прямые торговые сношения между обоюдными подданными», а также пароходные сообщения между Одессой и Константинополем. Вместе с тем, как было сказано в этом объявлении, «... оценяя важность таких сообщений для общей пользы торговли», правительство предоставило право австрийской пароходной компании «Ллойд» «... содержать пра вильные сношения между Одессой и Константинополем посредством пароходов и перевозить на оных не только пассажиров и товары, но и письменную корреспонденцию»'. Действительно, 27 ноября из Галаца в Одессу прибыл австрийский пароход «Фердинанд 1» с 175 пассажирами, из которых 174 следовали в Константинополь. Через три дня, 30 ноября, пароход, приняв на борт в Одессе еще двух пассажиров, вышел в Константинополь ^. Хотя австрийский пароход и должен был ходить из Одессы в Константинополь каждые 15 дней, но дальнейших сообщений об этих рейсах в -периодической печати не последовало. По-видимому, вступление в Черное море англо-французского флота и малое число желающих ездить в таких условиях в Константинополь сделали эти рейсы австрийских пароходов нецелесообразными. Да и, кроме того, сама Австрия весьма скоро вместо «дружественного нейтралитета» заняла довольно недружелюбную позицию в отношении своего бывшего союзника — России.

Наступивший 1854 год принес ухудшение военной обстановки: англо-французский флот не только вошел в Черное море, но союзниками было объявлено, что отныне русским военным судам запрещалось выходить из своих портов, в противном случае англо-французы будут принуждать их возвращаться в эти порты, вплоть до применения ими силы. Естественно, что теперь не могло быть и речи о регулярных пароходных сообщениях по Черному морю, в этом году пароходы ходили лишь по двум местным линиям: Таганрог— Ростов и Овидиополь — Аккерман ^. Правда, с началом навигации 1854 г. была сделана попытка открыть сообщение между Керчью и Таганрогом, для чего из Севастополя после зимовки в марте пришли в Керчь пароходы

В военную страду

Вид Одесского порта с бульвара, 10 апреля 1854 г.

Литография В. Тимма

«Таганрог» и «Бердянск». Первым рейсом в конце апреля вышел из Керчи пароход «Таганрог», однако 30 апреля утром у него произошла поломка машины: сломался подшипник штока левого цилиндра, шток упал на дно цилиндра и повредил его и стенку цилиндра, сам же поршень дал трещины (напомним, что на этих пароходах стояли паровые машины с качающимися цилиндрами). Пароход дошел до Таганрога под парусами, а затем на буксире парохода «Бердянск» был доставлен в Керчь, где его машина поступила в ремонт. Комиссия, расследовавшая причины поломки машины, нашла, что «металл в изломах подшипника оказался неплотным, ноздреватым». Второй пароход «Бердянск» благополучно совершил два рейса в Таганрог, но во время пробы машины перед началом нового рейса на нем также произошла поломка машины: сломался подшипник вала левого цилиндра, поршень упал и повредил дно цилиндра '.

1855 год принес России дальнейшее ухудшение обстановки на Черном море. Во-первых, 7 января союзники объявили о «строгой блокаде» всех русских портов Черного и Азовского морей с 20 января, а во-вторых, 12 мая значительныйангло-французский флот вторгся в Азовское море. Неприятель овладел Керчью, бомбардировал Таганрог, большая часть русских пароходов погибла (была уничтожена самими экипажами). В этих условиях о пароходных сообщениях на Азовском море не могло быть и речи.

Остановимся теперь кратко на использовании во время войны коммерческих пароходов, памятуя, что большинство из них по своей конструкции почти не отличались от военных пароходов.

Английский военный пароход, подойдя к Одессе 27 марта 1854 г., направил в порт шлюпку якобы с целью узнать, выехал ли из города английский консул. Получив ответ, что консула в городе уже нет, шлюпка пошла обратно к пароходу. Но последний, не ожидая подхода к нему шлюпки, направился к Одесскому- порту, что вызвало огонь русских батарей, защищавших вход в порт. Из четырех выстрелов одно ядро попало в кожух парохода. Эта провокация противника дала формальный повод англофранцузской эскадре 10 апреля бомбардировать Одессу. Не добившись никаких ощутимых результатов и получив отпор со стороны русских батарей, неприятельский флот через три дня покинул Одесский залив.

Особенно сильный огонь англо французов был направлен на Практическую гавань, в которой стояли коммерческие суда, в том числе и пароход «Андия». Вскоре начались пожары. «Андия» получила 16 надводных пробоин, на ней загорелась «кожуховая каюта». Пожар потушили, но во избежание гибели парохода открыли кингстоны и затопили его. 25 апреля кингстоны закрыли, воду откачали, и пароход подняли '. В дальнейшем «Андия» занималась перевозками между Одессой и Николаевом. Уже 22 мая после небольшого ремонта она доставила в Николаев один из котлов для парохода «Тамань» (эти котлы вначале предназначались для «Еникале», но он погиб в 1853 г.). 2 сентября «Андия» доставила на буксируемой ею барже машины, поднятые с погибшего под Одессой 30 апреля английского пароходофрегата «Тайгер» (судно в тумане село на камни и было расстреляно русской артиллерией)

Решение о вооружении пароходов «Петр Великий» и «Дарго» и включении их в отряд для защиты устья Днепровско-Бугского лимана было принято 8 апреля 1854 г. Пароходы вооружили четырьмя 18-фунтовыми (137-мм) карронадами и двумя 3-фунтовыми (47-мм) пушками каждый. Осенью того же года, 22 сентября, к Очакову подошли четыре неприятельских пароходофрегата (один был 28-, два 16- и один 12-пушечный) и открыли огонь по укреплениям и отряду судов, состоявшему из «Петра Великого» и «Дарго» и пяти гребных канонерских лодок. После трехчасовой перестрелки англо-французские пароходы, получив повреждения, ушли. Из русских судов получили повреждения лишь канонерские лодки ^.

После начала войны с Турцией суда Черноморского флота, в том числе и пароходы, начали активно действовать на коммуникациях противника. В частности, в начале ноября 1853 г. пароходофрегат «Бессарабия» у Анатолийского берега захватил и привел в Севастополь турецкий коммерческий пароход «Меджари-Теджарет» (получил название «Турок»), а пароходофрегат «Владимир» под командованием капитан-лейтенанта Г. И. Бутакова (будущего известного адмирала, создателя тактики парового флота) в результате успешного боя с военным пароходом «Перваз-Бахри» захватил его и привел в Севастополь (пароход получил название «Корнилов»).

Особый интерес представляют крейсерства пароходов «Эльборус» и «Тамань» в 1854 г., когда на Черном море уже господствовал англо-французский флот. «Эльборус» 6 июня пришел из Николаева в Севастополь, а 30 июня вышел оттуда в крейсерство к турецким берегам. Пароход был в 15 милях от Босфора; он уничтожил два турецких коммерческих брига и захватил кочерму, на которую высадил взятых в плен турок. 3 июля «Эльборус» благополучно возвратился в Севастополь, а 7 августа вновь вышел в крейсерство вдоль Анатолийского берега. Хотя «Эльборус» не дошел до Босфора из-за угля, оказавшегося плохого качества, но и на этот раз он уничтожил турецкий коммерческий бриг, шедший с грузом угля в Константинополь. Все эти походы совершались под общим командованием капитан-лейтенанта А. А. Попова, впоследствии знаменитого адмирала.

В коротком крейсерстве был также пароход «Тамань». После установки на него новых котлов в Николаеве 31 июля он прибыл в Севастополь, а 1—2 августа находился в крейсерстве '. 9 сентября пароход пришел из Севастополя в Одессу.

В военную страду

Вид Керчи с горы Митридат, 1855 г.

Литография В. Тимма

Эти ПОХОДЫ осуществлялись также под общим командованием А. А. Попова '. Следует иметь в виду, что последний переход происходил уже после высадки англо-французов в Евпатории.

Как уже говорилось, пароходофрегаты «Крым», «Одесса» и «Херсонес» были включены в состав Черноморского флота с пребыванием их в Севастополе. Они участвовали в последнем этапе Синопского боя 18 ноября 1853 г., а «Одесса» преследовала турецкий пароход «Таиф», покинувший турецкую эскадру в Си-нопе и спасавшийся бегством в Константинополь. Правда, «Таифу», пользуясь преимуществом в скорости, удалось оторваться от «Одессы» и уйти.

Пароходы принимали участие во многих ответственных перевозках флота, причем часто в штормовых условиях. Так, например, в сентябре 1853 г. была перевезена 13-я пехотная дивизия (16 тыс. чел. с лошадьми и орудиями) из Севастополя на Кавказ, а в марте 1854 г. сняли гарнизоны укреплений Черноморской берего вой линии, сами же укрепления уничтожили. В обоих случаях принимали участие и пароходы.

Начальник штаба флота вице-адмирал В. А. Корнилов придавал большое значение пароходам. Согласно составленной им 18 марта 1854 г. инструкции командирам кораблей и береговых батарей в случае нападения на Севастополь с моря пароходы должны были активно участвовать в отражении неприятельского десанта, действовать по брандерам, оказывать помощь своим кораблям и т. п. '. Еще до высадки союзников в Евпатории и до осады Севастополя наши пароходы при каждом появлении перед Севастополем неприятельских пароходов выходили им навстречу и открывали огонь. Например, 3 июня «Крым» и «Херсонес» с тремя другими военными пароходами произвели погоню и завязали артиллерийскую перестрелку с тремя неприятельскими пароходами, подошедшими к Севастополю. Во время первого бомбардирования противником Сева-

В военную страду

Пароход «Херсонес» после восстановления. Фото. Из собрания авторастополя 5 октября 1854 г. пароходофрегаты «Херсонес» и «Владимир» из Килен-бухты обстреливали английские батареи, которые вели огонь по Малахову кургану — ключевой позиции обороны города. Благодаря артиллерийскому огню этих пароходов Малахов курган удалось отстоять '.

На 6 (18) июня 1855 г. союзники назначили решающий штурм Севастополя. К. Маркс писал: «18 июня 1855 г. под Севастополем предполагалось разыграть сражение при Ватерлоо в исправленном издании и с другим исходом. Вместо этого происходит первое серьезное поражение французско-английской армии» (выделено автором — Н. 3.).^ В этот день пароходофрегаты «Крым», «Одесса», «Херсонес», «Бессарабия» и «Владимир», встав у устья Килен-бухты, вели интенсивный артиллерийский огонь по наступающим войскам противника и их резервам ипомогли отбить штурм '. Даже в тяжелое время осады города наши пароходы при появлении неприятельских судов выходили из порта навстречу им. Так, 24 ноября 1854 г. «Херсонес» и «Владимир» вышли из Севастополя, атаковали французский пароход, который стоял против Песочной бухты, и заставили его уйти. Затем пароходы обстреливали из Стрелецкой бухты французский лагерь. ^

12 мая 1855 г. восемьдесят англофранцузских судов подошли к Азовскому морю. Высадив десант в Камыш-Буруне, они заняли Керчь. Перед занятием города неприятелем стоявшие в порту пароходы «Могучий» (находился в ремонте) и «Донец» были уничтожены своими экипажами. Пароход «Бердянск» с архивами и денежными средствами города успел выйти из Керчи, но, преследуемый судами противника, также был уничтожен своим экипажем. Отряд русских военных судов в Керченском проливе под командованием контр адмирала Н. П. Вульфа в составе пароходов «Боец», «Молодец», «Колхида» и винтовой шхуны «Аргонавт» после занятия англо-французскими войсками Керчи ушел в Бердянск, где 13 мая ввиду превосходящих сил противника по приказанию Вульфа был уничтожен. До соединения с этим отрядом «Аргонавт» выдержал успешный бой с английским пароходом '.

Наши войска 27 августа оставили город и переправились на Северную сторону Севастополя, а 30 числа того же месяца пароходофрегаты «Крым», «Одесса», «Бессарабия» и пароход «Эльборус» были затоплены в числе других судов в Северной бухте. Почти во всей литературе, в том числе и официальной, среди затопленных пароходов упоминается и «Херсонес». В действительности же он находился в бухте на камнях. А. Ф. Гейрот писал, что «Херсонес» «каким-то счастливым случаем избежал общей участи; он как бы не хотел пойти ко дну и, прибившись к какому-то берегу, защищенному от неприятельских выстрелов, уцелел»^.

в заключение небезынтересно остановиться на судьбе некоторых из этих пароходов после войны.

Парижский мирный договор был заключен 18 марта 1856 г. 19 июля того же года был снят с камней «Херсонес». Как писал заведующий морской частью в Николаеве новороссийскому генерал-губернатору 3 мая 1857 г., «„Херсонес" был снят с камней обломанный, без мачт, почти без палуб, совершенно без кают, с машиной, из которой выломано много вещей, в особенности медных». Но корпус и машины парохода оказались в общем в хорошем состоянии, и поэтому пароход в августе 1856 г. на буксире был доставлен в Николаев, где поставлен на ремонт ^. 10 декабря

1859 г. подняли «Крым», а 8 и 30 марта 1860 г.— «Бессарабию» и «Одессу» соответственно «Пароходы эти перед затоплением горели довольно долго; от долгого лежания под водой дерево испорчено червями. Машина также была в огне; железо перегорело, сделалось хрупким». Все три пароходофрегата признали непригодными для восстановления и дальнейшего плавания. Пароход «Эльборус» подняли 16 августа 1860 г. и летом следующего года привели в Николаев для ремонта '. Этот пароход оказался в хорошем состоянии и после ремонта продолжал службу в Черноморском флоте вначале под названием «Казбек», а с ноября 1874 г. под своим прежним названием «Эльборус». Он плавал до 1887 г., когда 29 октября при столкновении с английским пароходом погиб по вине последнего.

Устав вновь образованного Русского общества пароходства и торговли (РОПиТ) был утвержден 3 августа 1856 г., а в следующем году общество приобрело пять пароходов в Англии и столько же пароходов от бывшей Новороссийской экспедиции. Это были пароходы: «Херсонес», «Андия» (переименованный в «Русалку»), «Дарго» (переименованный в «Ласточку»), «Таганрог» и «Граф Воронцов». Пароходы «Петр Великий» и «Днестр» (до сентября 1857 г. использовался РОПиТом) из-за плохого состояния корпусов были признаны непригодными для дальнейшего плавания. Эти «ветхие пароходы» 1 января 1858 г. еще стояли в Одесском порту «без употребления» ^. Передача РОПиТу пяти пароходов бывшей Новороссийской экспедиции и покупка за границей еще стольких же пароходов дали возможность этому обществу в том же, 1857 г., открыть девять пароходныхлиний, причем девять из них заграничных. Кроме «Графа Воронцова», который из-за непригодности его для эксплуатации как пассажирского судна (вспомним, что он был построен специально для переправы Аккерман— Овидиополь), все остальные пароходы длительное время эксплуатировались РОПиТом. Так, «Таганрог» проплавал, считая и время его эксплуатации Новороссийской экспедицией, 30 лет, «Русалка» — 22 года, «Ласточка» — 19 лет и это при том, что последние два парохода имели деревянные корпуса. Пароход «Херсонес» после восстановительного ремонта в Николаеве и Марселе (Франция) проплавал недолго. Во время очередного крымско-кавказского рейса, следуя из Феодосии в Керчь, этот пароход 3 декабря 1861 г. коснулся не обозначенного на карте днища затонувшего судна около отмели, идущей от мыса Кара-Бурну, а затем сел на мель. Все попытки сойти с мели не увенчались успехом. К концу дня засвежевший ветер стал разво дить зыбь, а рано утром следующего дня «Херсонес» снесло на малую воду и внутрь его стала энергично прибывать вода. В конце концов пароход лег на правый борт, а его верхняя палуба погрузилась в воду. Пассажиров и экипаж сняли с судна. Впоследствии пароход «Херсонес» подняли, но он оказался в таком состоянии, что его решили переделать в блокшив. '.

Пароходы «Тамань» и «Сулин» приобрело Морское министерство, и они вошли в состав Черноморского флота. Эти пароходы также оказались долговечными. Как уже говорилось, «Тамань» проплавала до 1896 г., т. е. 47 лет, а «Сулин», построенный в 1849 г., был исключен из списков флота лишь после 1906 г., т. е. проплавал свыше 50 лет. Пароход Войска Донского «Предприятие», построенный в 1839 г., в 1857 г. ходил по линии Таганрог — Ростов» ^.

Предыдущая глава Оглавление Следующая глава