Вместо послесловия

«Имеют ли паруса будущее?» — вопрос не праздный и не простой. В обсуждении его принимают участие экономисты и гидроаэродинамики, материаловеды и конструкторы, энергетики и «морские» педагоги. Попытка разобраться в этом вопросе даже только с точки зрения последних, как мы знаем, обернулась дискуссией, которая длится все послевоенные десятилетия. Существуют противоположные мнения о том, нужно ли курсантам современных мореходных училищ, будущим «потребителям» спутниковой информации бегать по вантам или нет?

Приверженцы отрицательного на этот счет мнения рассуждают примерно так: «Был парусный флот и нет его, значит и нет проблемы. Задачу физической подготовки молодых моряков можно решить иначе, в спортивных залах с кольцами и шведской стенкой, наконец, во время шлюпочных учений, быстро набивающих мозоли на руках. Нужды в дорогостоящих и рискованных мероприятиях нет. Мы выросли в трех метрах от машинного телеграфа и стали капитанами. Романтикой можно увлекаться в свободное от службы время и не за государственный счет. В стране лишних денег не бывает...» Следы таких позиций найти легко. В дискуссионной статье, напечатанной в журнале «Морской флот» (1972 г.), например, читаем: «Не мешает напомнить о том, что дискуссия о парусных учебных кораблях уже проводилась, и давно решен вопрос... не в их пользу (лет 40 тому назад)». Но чем шире технический прогресс вторгается в судостроение и мореплавание, тем больше разговоров об учебных парусах, тем чаще в мире появляются учебные парусники. Плавают под парусами японцы, американцы и немцы, которые, казалось, могли бы отгородиться от всех проблем тройным слоем электроники. Плавают под парусами французы и шведы, португальцы и поляки...

Сторонники учебных парусов, конечно же, согласны с автором упомянутой цитаты в том, что неразумно было бы первую практику начинающих водителей автобусов проводить на конных каретах, а будущих творцов ЭВМ «гонять» по арифмометру Лейбница. Но, право же, ничего надуманного и комичного нет в практическом труде моряка-курсанта, наращивающего крепость мускулов, изгоняющего из себя страх перед стихией, которая «со времен конных карет» не изменилась. Моряки работают в той же самой естественной среде, вечной и неизменной. И нет ничего хуже, когда человек, понадеявшийся на сверхсов ременную электронику, встречается один на один со стихией, которая вдруг будит животный страх, отнимает разум и силы. Тогда непривычно наклоненная палуба, чернота ледяной ночи, ветер и вода, которая лет двадцать надежно поддерживала его корабль на плаву,— все становится враждебным...

Противники учебного паруса скажут: «Это — эмоции», и будут правы. Но, к сожалению, нет статистических данных о том, сколько жизней спасли моряки, те, кто под парусами научился чувствовать само море и себя в море. Есть только горькая статистика утрат. Потому и жива дискуссия о парусе вообще и учебном парусе в частности, хотя давно уже сформировано международное сообщество моряков, верящих в учебный нарус и делающих немало для его активизации. Ничего подобного не знал XIX в., в котором отгремели последние выстрелы парусных морских баталий,- не знал XVHI в., давщий нам сам учебный парус. Ни о чем похожем не знали и в более ранние столетия. Нужно было прийти XX в., чтобы в наш быт во-щли слеты учебных парусных судов. Оставив на время учебный труд, моряки и курсанты один раз в два года собираются на мирные ристалища, чтобы помериться в понимании законов ветра н моря, познать умное, сильное и доброе в себе и себе подобных.

Идея собрать «щколы под парусами» вместе, принадлежащая щведскому капитану А. Шумбургу, была реализована в 1938 г. Тогда был создан Союз североевропейских учебных судов, в который вошли моряки из Германии, Дании, Норвегии, Польши, Финляндии, Эстонии и Швеции. И в мае того же года в Стокгольме состоялась регата. Героем ее стал польский фрегат «Дар Поможа». Участники встречи признали единодушно неоспоримую полезность и практическую необходимость подобных встреч. Многие морские державы выразили готовность поддержать состоявшееся, но пришел сентябрь следующего года, и на той же Балтике началась война, в короткий срок захлестнувшая мир, на годы отстраненный от своих мирных забот.

После войны к оставленной на время идее вновь обратились. На этот раз с идеей обновления Союза выступили два человека: лондонский юрист Б. Морган и старый морской волк У. Гершуайт. Первый из них был известен как большой поклонник моря и парусов, второй — как страстный энтузиаст и пропагандист учебных плаваний кадетов на парусных судах. В 1955 г. при поддержке Адмиралтейства и морской общественности Великобритании Союз стал реальностью. Он получил теперь статус международного. Его полное название зазвучало так: Ассоциация учебно-парусных судов — Sail Training Association.

В 1956 г. состоялся первый послевоенный слет учебных парусников. Он проходил в бухте Тор-Бей (Английский канал). Во встрече приняли участие 22 судна из 11 стран, первых членов СТА. В ходе ее состоялись беседы и дискуссии по проблемам теории и практики морской подготовкикадетов, украшением слета стала регата — 750-мильная гонка парусников на океанской дистанции от бухты Тор-Бей до Лиссабона. По завершении слета руководством СТА было принято решение о проведении подобных праздников каждые два года.

Штаб-квартира СТА располагается в Гаспорте близ Саутгемптона. Союз возглавляют президент, вице-президент и шеф — член королевской семьи; в состав его руководства входят видные английские адмиралы и члены палаты лордов. В эмблеме СТА схематично изображен парус прямого покроя, на фоне которого отчетливо просматриваются буквы STA; венчает его корона, сформированная из морских коньков, мачт, парусов и якорей. Имеется у Союза и свой флаг.

Общие задачи СТА — поддержание интереса заинтересованных сторон к парусной учебе молодых моряков и организация международных встреч учебных паруСных судов, известных у нас больше под американским названием Операция Парус (Operation Sail), англичане эти сборы называют Tall Ships Race. Целями встреч являются обмен материалами и информацией, полезной для использования в практике национальных морских школ; проведение соревнований по спортивным играм и прикладным видам водного спорта между курсантами и кадетами; организация парадов и регат парусных судов на одной или двух для каждой встречи дистанциях. В ходе гонок судов на заранее обусловленных этапах дистанции проводится так называемый интерченч — частичный обмен курсантами судов.

Главная особенность технической стороны проведения регат сводится к разделению судов-участников на два класса: А и В.

Класс А объединяет корабли полного вооружения и барки вместимостью более 150 так называемых темзовских тонн, которая рассчитывается по очень простой формулегде L и в — характерные длина и ширина судна, выраженные в футах.

В класс А также включаются суда другого типа вместимостью свыше 150 темзовских тонн, а для шхун — свыше 500.

Класс В объединяет суда, не вошедшие в старшую группу и отвечающие практически одному требованию: их длина по ватерлинии не должна быть менее 30 фут (9,15 м). Часто суда этого класса разделяют на две подгруппы: имеющие спинакер и не имеющие его.

Разумеется, каждая конкретная гонка обрастает своими дополнительными пунктами правил, из которых от регаты к регате переходит правило гандикапа, согласно которому, в определенной пропорции, заранее известной экипажам, время прохождения дистанции более крупными и быстроходными судами искусственно «ухудшается» (увеличивается) с тем, чтобы регата была не соревнованием уникальной техники, а людей, которые каждый раз ответственно готовятся к гонке. Уникальность гонок заставила ее организаторов ввести систему штрафов, с помощью которых также корректируют время, затраченное нарушителем правил на прохождение трассы. Существенным является положение, запрещающее использование авторулевого. Для крупных судов важным является пункт, оговаривающий допустимое время работы вспомогательного двигателя. На дистанции его запрещается использовать, не допускается пользование им в предстартовое время или даже в ответственный момент старта, когда точное управление тысячетонной махиной при тесном соседстве больших парусников и в окружении любопытствующих яхт нечеловечески сложно.

Поскольку главные фигуры на регатах — курсанты и кадеты, ради которых, собственно, и проводится праздник, специально оговариваются возрастные рамки и доля молодежи в составе экипажа. Обычным является требование, согласно которому молодые люди в возрасте 15—25 лет должны составлять не менее 50% общей численности работающих на борту судна. По правилам во время регаты на борту судна не должно быть лиц моложе 15 лет (в этом смысле Дик Сенд имел бы право занимать должность капитана на одном из гоняющихся судов). При формальном разделении экипажа на штатный состав и практикантов под последними понимают молодых людей,

которые готовятся стать военно-морскими офицерами или приближаются к командным высотам торгового флота;

которые хотели бы соверщенствовать свои парусные знания и набирать соответствующий опыт;

которые не готовят себя для морской карьеры, но в то же время не чужды морской романтики.

Иначе говоря, в рамках регаты действует формула: «Все о море, но не для моря», т. е. для организаторов регаты забота о подготовке моряков-профессионалов далеко не единственная и отнюдь не главная задача.

Правила гонок не делают оговорок по части пола практикантов (совер-щенно в духе нашего времени), и однажды футбольной команде курсантов парусника «Товарищ-П» выпал жребий играть с... практикантками английской шхуны. Наши ребята не мыслили себе игры в полную силу с девчонками и отказались от встречи. Но это наказывалось исключением из футбольного турнира. Как выяснилось позже, они поступили достаточно мудро и избежали худшего — поражения. В следующем туре англичанки встретились, кажется, с канадцами и обыграли их.

Операции Парус каждый раз становятся праздником для моряков, кадетов-курсантов, а заодно и для жителей городов, принимающих участников встречи. Окунуться в их атмосферу можно, перечитав записки наделенных писательским даром моряков и парусных капитанов О. П. Ванденко, Л. Р. Аксютниа.

«Имеют ли паруса будущее?» — это, еще раз заметим, вопрос не простой и не праздный. Регаты Операций Парус по-своему дают на него определенно и недвусмысленно положительный ответ. Будем надеяться, что парус — это не только прошлое, которое мы должны знать, наше настоящее, но и наше будущее.

Предыдущая глава Оглавление Следующая глава